Антонина

А.В. Васильева. 1941 г.

Мама родилась на хуторе, — деревня называлась Мухино, насчитывала всего три дома. Неподалеку, километрах в пяти, на Жижицком озере, находилось Карево, родовое имение композитора М. Мусоргского. Места необыкновенно красивые: неброская природа русского северо-запада, озера, реки, каменистые холмы, поля, засеянные льном.

У родителей мамы, Василия Петровича Петрова и его жены Елизаветы Андреевны, было шестеро детей. Они с малолетства были приучены к тяжелому крестьянскому труду и самостоятельности – на хуторе вели натуральное хозяйство: приходилось и пахать, и сеять, и растить скот, и строить, и мастерить, даже мебель, ткать одежду, вышивать и украшать жилище. Мама до конца своей жизни обладала навыками хорошей хозяйки. Родители стремились дать детям образование, благо начальная школа находилась в соседней деревне, а вот до средней школы добираться было тяжело — 12 километров пешком по железной дороге в любую погоду. Младший брат мамы Николай всегда с уважением вспоминает о том, сколь велика была тяга к знаниям у его сестры. Она сумела oкончить школу и на всю жизнь сохранила добрую память о директоре и его жене, о настоящих земских интеллигентах.

В 16 лет вместе с двоюродной сестрой Зинаидой, которая ее и сагитировала, мама уехала в Москву на заработки. Устроилась в Наркомат леса, в буфет. Для нее началась взрослая, самостоятельная жизнь. Комнату приходилось снимать. Дом по 1-й Мещанской улице сохранился, мама как-то уже в старости ездила на него взглянуть. На первую зарплату смогла приодеться по московской моде. В свободное время бегала с подружками в кино, гуляла по паркам и улицам Москвы, но была неприступна и горда, хотя знала, что «имеет успех у мальчиков», как писала она в своем дневнике. Никого из поклонников она не выделяла, в душе жило ожидание грядущего счастья и надежда на великую любовь…

И вдруг война. Вместе с подружкой мама отправилась в районный военкомат. В Москве формировалась 31-я армия, их внесли в списки, и они уехали на фронт под Ржев, где шли тяжелые бои на подступах к столице. 31-я армия была разбита почти полностью, девчат, которые работали в столовой, в том числе и маму, комиссар армии распорядился доставить на грузовике в Москву. В военкомате их уговаривали идти работать на фабрику или завод, где тоже очень нужны были рабочие руки, но они снова попросились на фронт.

А.В. Васильева. 1942 г.

Их направили в 30-ю армию под Калинин. Однажды в буфет, где она работала, вошел молодой, белобрысый, невысокого роста офицер (впоследствии оказалось, что это адъютант генерала Конева) и попросил как-то робко и стыдливо: «Девушка, надо помочь, вымыть пол в избе у командующего, приготовить еду. А то живет в плохих условиях и питается чем придется». Конечно, офицер предварительно расспросил маминого начальника, что она собой представляет, порядочная ли, работящая. Положительная характеристика была получена. У мамы имелась благодарность «За образцовое выполнение заданий командования на фронте с немецкими оккупантами и хорошее отношение к работе» за подписью генерал-майора артиллерии Хетагурова.

А.В. Васильева (Конева) с боевыми друзьями. 1942 г.

В штабе фронта, куда Антонину привез адъютант Саломахин, была комната командующего. В ней стоял заваленный картами стол, деревянная скамья, узкая железная кровать, накрытая солдатским одеялом, а под кроватью тапочки. В комнате было пыльно, неуютно. Мама тут же начала наводить порядок и чистоту. Вошел командующий – высокий, худой и очень усталый — отметила она. Он куда-то спешил и на ходу надевал шинель. Посмотрел на молоденькую девушку, растерянно стоявшую посреди прибранной комнаты, и сказал очень мягко, несмотря на суровый вид и привычку отдавать приказы: «Ну, будь хозяйкой », — и почти сразу уехал.

Их близкие отношения начались спустя полгода после этой встречи. Он к ней долго присматривался, расспрашивал о родных, о ее жизни до войны. Она с самого начала понимала, что приглянулась командующему. Отец все больше привязывался к этой милой, кроткой с виду, но с сильным характером девушке. Молоденькая Тоня обладала той женской преданностью и надежностью, теплом и добротой, которых ему не хваталo в другой жизни, с женщиной, что «не умела ждать».